ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ ТЕАТРА
заслуженный деятель искусств России
ВЯЧЕСЛАВ ДОЛГАЧЕВ
Заказ билетов по телефону:
(499) 182-03-47

Версия для слабовидящих


Остановись, мгновение!

Автор: Елена Феофанова
Источник: Журнал «Смена», апрель 2008 г.
10.05.2008


Михаил Калиничев, ведущий актер Нового драматического театра, — самый молодой заслуженный артист России. Он влюблен в свою профессию, очень талантлив, открыт и обаятелен.
 
Помимо театра, Михаил много снимается в кино. Зрители запомнили его по сериалам «Время собирать камни» и «Время жестоких», а в скором времени смогут увидеть Калиничева в новой картине «В июне сорок первого» — совместной работе белорусских, польских и российских кинематографистов.
 
Сейчас идут съемки четырехсерийного фильма «Найти Спинозу». А в Новом драматическом Михаил готовится к премьерному спектаклю режиссера Вячеслава Долгачева «Настасья Филипповна», где будет играть князя Мышкина.
 
— Как возник творческий тандем: актер Михаил Калиничев и режиссер Вячеслав Долгачев?
 
— Вячеслав Васильевич пришел в Новый драматический театр в 2001 году, с того момента все и началось. До его прихода я играл в театре всего лишь небольшие роли и не видел для себя никаких перспектив, можно сказать, стоял на одном месте.
 
Вячеслав Васильевич поверил в меня сразу и предложил главную роль в постановке «Двенадцать разгневанных мужчин» по Реджинальду Роузу. Подарок судьбы! В первых спектаклях моим партнером был Вячеслав Невинный, у такого великолепного мастера есть чему поучиться. После этого и началась напряженная творческая работа: спектакль «Время рожать» по книге, составленной Виктором Ерофеевым, имевший огромный успех, «Шутники» по Островскому…
 
Один из моих любимейших спектаклей — «Настоящий Запад» по пьесе американского драматурга Сэма Шэпарда. Играем вдвоем с Никитой Алферовым. Два с половиной часа не сходим со сцены. Поначалу думал, что это не мой герой. Ну, не мой, и все! Полный антипод! Ох, как он мне поначалу не нравился. Но с помощью режиссера спектакля Наркас Искандаровой и Вячеслава Васильевича, который был художественным руководителем постановки, я постоянно, что называется, «входил» в роль. Именно он помог мне понять состояние моего героя.
 
Так и получилось, что сначала эта роль стала любопытной, а потом — одной из самых любимых. В результате в «Настоящем Западе» я справился со своей задачей, даже получил приз за лучшую мужскую роль на  Международном театральном фестивале в Могилеве в 2006 году.
 
Очень важно, когда режиссер не давит на артистов, когда дает возможность думать, чувствовать, самим импровизировать. Более того, она помогла лично мне — через нее я многое о себе узнал. Долгачев — большой мастер и психолог, он на сто процентов раскрывает артиста, и это ценно.
 
— Вы заняты во многих спектаклях и, естественно, работаете с партнерами, о которых уже упоминали выше. А что вообще для вас значит партнерство на сцене?
 
— Не представляю существование на сцене «в одиночку». Партнерство необходимо актеру, как кислород иначе ничего не будет. Если у партнеров нет взаимопроникновения, вы не на одной энергетической волне, это трагично для спектакля. А когда вы вместе — можно горы свернуть! Настоящее партнерство дает ощущение того, что ты буквально паришь над театральными подмостками!
 
— Новый драматический театр, где вы уже состоялись как актер, ваша «альма матер»?
 
— Это моя жизнь. Мне здесь нравится все: труппа, репертуар. Именно здесь я обрел своего режиссера Вячеслава Васильевича Долгачева. Он — мой настоящий Учитель в Искусстве.
Вообще, нам, артистам, повезло с художественным руководителем. Он не разделяет нас, при этом нет и жесткой субординации: мы — актеры, а я — режиссер. После каждого спектакля мы собираемся все вместе и обсуждаем многие свои проблемы. Иногда я даже звоню Вячеславу Васильевичу по личным вопросам. Как бы он ни был занят, всегда выслушает и попытается дать нужный совет. Такие взаимоотношения между режиссером и актерами — большая редкость, они дорогого стоят.
 
— Как вы считаете, свой выбор в профессии сделали правильно? Никогда ни о чем не сожалеете?
 
— Когда начинаешь работать, и у тебя что-то не получается, — это касается любой профессии, — закрадывается мысль; " А, может, это не твое?». Потом, спустя время, все становится на свои места, — многое удастся, и все сомнения и метания исчезают. Знаю, что и у опытных актеров бывают терзания, ведь настоящий артист постоянно должен учиться, потому они и возникают.
 
— Бывает, артист думает, что уже всего достиг, полностью реализовался. В таком случае говорят, что как актер он умер…
 
— Безусловно. Наша профессия предполагает постоянное самосовершенствование. Нужно много работать над собой. Постоянно. Труд, требующий огромной отдачи и постоянной концентрации. Ни на минуту нельзя расслабляться.
 
— Существуют понятия — «актер кино» и «актер театра». А вы разделяете актерскую профессию в театре и кино?
 
— Да. Театр — живое общение со зрителем. Когда происходит единение с залом, это чувство ни с чем сравнить невозможно… А кино — совсем-совсем другое, не всегда знаешь, что в итоге получится. Вроде бы съемки прошли хорошо, команда отличная, а потом — монтаж и… разочарование. К тому же в фильме ничего не исправишь, он снят и все, а в театре все возможно — привнесешь что-то новое в следующем спектакле, и роль заиграет новыми красками.
 
— Спектакль — один и тот же — можно играть пятьдесят с лишним раз, а в итоге он всегда получается разным, и каждый раз — словно премьерный показ…
 
— Перед каждым выходом на сцену волнуешься, переживаешь — каким он будет сегодня? Это Таинство. Великое предвкушение…
 
Сегодня. Сейчас. Играем последнюю сцену. Минута до конца спектакля. И… ощущение того, что не хочется, чтобы он заканчивался! Представляете?! Задержись, время….Остановись, мгновение! Так грустно, что на сегодня — все…
 
— Согласитесь, актерская профессия — такая тонкая субстанция! Бывают в ней взлеты и падения, успехи и неудачи. Некоторые считают, что неудачи порой даже необходимы…
 
— Иногда они полезны! Когда тебе постоянно сопутствует удача, ты волей-неволей начинаешь высоко поднимать голову. А неудача ставит все на свои места, помогает трезво оценить ситуацию.
 
— Если говорить о современном кино, многие называют его «продюсерским».
 
— Это действительно так. Но артисту важно найти своего режиссера. В театре я нашел — режиссера Вячеслава Долгачева. А в кино — не получается. Сегодня в кино «отталкиваются» в основном от медийных лиц, то есть узнаваемых. Лучше пригласить на роль узнаваемого артиста, чем того, кто редко мелькает на экране, — как бы он ни был талантлив. А ведь этот узнаваемый тоже когда-то был не всем известен, тоже не сразу стал таким! Если делать ставку только на узнаваемые лица, тогда другим не остается никаких шансов, а ведь талантливых людей у нас много.
 
Бывает так, что какой-то богатый человек платит деньги за фильм, но с условием, что там будет сниматься его дочь или жена. И снимают! Но это одноразовые картины — зрителя обмануть невозможно.
 
— Ваша первая съемка была в «Петербургских тайнах» у Пчелкина?
 
— Я играл небольшую роль Василия, полового в трактире, приличная роль для начала. Она меня многому научила, например, что нужно вставать в определенное место, одним глазом смотреть на партнера, другим — искать камеру, дабы из нее не выпасть. Помню, после съемок подошел ко мне Валерий Баринов и сказал: «Миша, главное в кино — это встать на нужное место и попасть в кадр, а дальше — система Станиславского»…
 
— Когда беседуешь с актерами, многие часто говорят, какую роль они мечтают сыграть. А я хочу спросить «от противного» — какую не хотелось бы?
 
— Гамлета. Точно знаю, что не хочу. Не мое. Не могу объяснить, почему. Может быть, я его боюсь…
 
— Вы репетируете сейчас роль князя Мышкина в спектакле «Настасья Филипповна»…
 
— И он мне интересен. Я его чувствую. Он есть во мне. Важно сердцем понять — твоя роль или нет. Ведь мы — не математики, мы — актеры, играем от сердца, а не от головы. Тут душа нужна. И вообще, человек любит Сердцем…



← Вся Театр